— Как началось сотрудничество с АртКорпусом?
С Егором мы познакомились около 2010 года. Нас познакомили руководители «Ленметрогипротранса», и довольно быстро выяснилось, что у нас огромное количество точек пересечения: искусство, творчество, желание экспериментировать и создавать что-то новое.
Егор приглашал нас с моим коллегой, Артёмом Потехиным, в свои мастерские. Мы смотрели, как он собирает вокруг себя художников, скульпторов, мастеров разных направлений.
Нам это было особенно интересно потому, что мы как архитекторы хотели пробовать новые технологии, новые методы работы с искусством. Не копировать то, что уже однажды сделали, а соединять разные материалы и разные виды искусства или использовать вместе несколько технологий.
Мы поняли, что возможности мастерских АртКорпуса для таких экспериментов очень подходят. Начали консультироваться, делать образцы, проверять на объектах: взлетит та или иная идея или не взлетит.
Бухарестская: керамика вместо пластиковой полосы
Первым совместным опытом стали станции метрополитена «Международная» и «Бухарестская».
В какой-то момент метрополитен начал вводить единую навигационную полосу на путевых стенах. Её делали из пластика или плёнки. В архитектуре станций это, на мой взгляд, выглядело чужеродно и дёшево.
Мы стали думать, как встроить эту функцию непосредственно в архитектуру.
Егор со своими мастерами предложил сделать полосу из глазурованной керамики.
На «Международной» было реализованно простейшее решение: полоса керамической плитки фиолетового цвета.
На «Бухарестской» нам удалось сделать интереснее. Появился орнамент, который повторялся вдоль путевой стены. Причём сама композиция была рассчитана на восприятие из вагона: полоса находится примерно на уровне окон, и, когда поезд движется вдоль платформы, керамический рисунок возникает за окном.
Нам эта идея понравилась. Мы её вместе доработали, согласовали и реализовали.
Керамика хорошо работает в светотени, у глазури появляются переливы цвета. Путевая стена обычно довольно утилитарна, а здесь появился материал, который дал ей дополнительную пластику.
Для нас это был первый пилотный проект, на котором мы проверили, как наши команды работают вместе.
Наш опыт, к сожалению, не стали тиражировать: метрополитен вернулся к утверждённому пластиковому варианту. Но эксперимент состоялся.
Материал надо сначала попробовать
Для «Адмиралтейской» нужны были массивные чёрные колонны. Мы не сразу понимали, из какого материала их лучше делать, поэтому АртКорпус изготовил полноразмерные образцы облицовки из чёрной глазурованной керамики.
Керамика при обжиге даёт небольшие деформации, усадку, собственную живую пластику. Иногда это именно то, что нужно. Но для очень строгой архитектуры может требоваться совсем другая точность. В итоге для станции выбрали камень. И это тоже нормальный результат эксперимента.
Образцы ещё долго стояли у нас в институте. Мы подходили к ним, смотрели, изучали, думали, где такой материал может пригодиться.
Мне вообще кажется важным сначала сделать вещь в материале. Нарисовать можно всё что угодно. А когда перед тобой полноразмерный образец, сразу понимаешь, как материал ведёт себя на самом деле.
Следующим важным этапом стала работа со стеклом.
Мы уже проектировали «Театральную» и хотели использовать там большие стеклянные элементы сложной формы с подсветкой. Но на государственном объекте невозможно просто сказать: «Давайте сделаем то, чего никто раньше не делал». Нужно показать, как технология работает.
Поэтому фьюзинг сначала опробовали на «Спасской». Мастера АртКорпуса одновременно делали образцы и для будущей «Театральной», и для «Спасской».
На «Спасской» появились относительно небольшие плоские стеклянные элементы. В первоначальном решении они работали с внутренней подсветкой.
А это было принципиально важно. Стекло интересно не только как материал, который отражает свет или работает на просвет. Совсем другой эффект возникает, когда свет идёт с обратной стороны. Можно получить градиент, разную интенсивность свечения, глубину. Мы именно это и хотели проверить.
На «Спасской» технология показала, что работает нормально: элементы существуют уже много лет, ничего не разбилось, конструкция оказалась жизнеспособной. Подсветку в последствии, к сожалению, отключили.
После этого стало гораздо проще обсуждать со всеми следующую ступень — большие гнутые стеклянные элементы для «Театральной».
Для крупных государственных объектов это очень важный принцип: прежде чем сделать что-то большое и новое, надо где-то сделать маленькое и убедиться, что оно живёт.
Дунайская: крупноформатный стемалит
Синие колонны станции «Дунайской" — работа АртКорпуса. Для них использовались крупноформатные изогнутые стеклянные элементы.
Технологическая задача была довольно сложной. Необходимо было получить радиус, точно собрать все элементы, совместить швы, решить крепление так, чтобы стекло не испытывало лишних напряжений, не трескалось и не отслаивалось. Работа получилась удачной. За годы эксплуатации с колоннами ничего критического не произошло.
Надо сказать, что крупноформатное молированное стекло в таком применении тогда было довольно необычным решением.
В Петербургском метро, конечно, уже был великий пример стеклянных колонн — «Автово». Но там совершенно другая технология: литые стеклянные блоки небольшого размера смонтированы вокруг колонны.
На «Дунайской» задача была другой — собрать поверхность из крупных изогнутых элементов.
Каждый такой проект даёт новый технологический опыт, который потом можно использовать дальше.
На «Дунайской» возникла и другая интересная задача — панно над эскалаторами.
Заказчик рассматривал разные варианты: камень, керамику, сочетание материалов. Для архитектора это всегда принципиальный выбор, потому что материалы дают совершенно разное ощущение.
Камень позволяет получить очень точную геометрию. Чёткую линию, ровную поверхность, сложный природный рисунок.
У керамики другой характер. В ней есть пластика, светотень, небольшие различия между элементами. В ней виден почерк человека. Ты ощущаешь, что вещь сделана руками.
Для современного человека это становится особенно ценно. Мы окружены поверхностями, которые идеально вырезаны и обработаны станком. Понятно, что и за ними стоит работа архитектора или художника. Но след руки там исчезает. А в керамике он остаётся.
Это примерно как в живописи, когда видно движение кисти и отдельный мазок. Через него начинаешь чувствовать автора.
Я не считаю, что один подход правильный, а другой неправильный. Есть люди, которым ближе точность и строгая геометрия камня. Другим важнее живая пластика керамики. В результате были реализованы оба варианта — в северном вестибюле керамика, а в южном — камень.
Архитектура общественного пространства вообще делается для людей с совершенно разными вкусами. И это нормально.
Театральная: задача, которой раньше не было
Первые эскизы «Театральной» мы с Артёмом Потехиным делали ещё в 2010—2011 годах. А технологические решения потом разрабатывались много лет.
Были задуманы большие стеклянные порталы с подсветкой. Задача начиналась практически со слов: такого до вас никто не делал.
Мне нравится, что команда АртКорпуса обычно воспринимает такую постановку не как причину отказаться, а как повод разобраться.
Сначала надо разложить проблему на части. Что возможно? Что невозможно? Как ведёт себя материал? Какие нужны печи? Каким должен быть режим? Что произойдёт со стеклом после формования?
С порталами шла очень большая опытная работа. Что-то запекали — оно трескалось. Меняли технологию. Делали следующий образец. Проверяли ещё один вариант. И снова и снова и снова…
Это нормальный путь поиска нового. Иногда решение появляется в последние пять минут, когда всё вроде бы уже закончено. И если в этот момент не дать человеку возможности что-то изменить, можно потерять самое важное.
У нас в институте рассказывали историю про Бенуа: перед защитой проекта станции «Балтийская» он за ночь полностью переделал планшеты — отказался от ионического ордера в пользу более строгого дорического. Иногда главное решение действительно приходит в самом конце.
Сейчас сами стеклянные порталы «Театральной» выполнены. Когда будет собран весь интерьер, включена и настроена подсветка, станет понятно, нужны ли какие-то финальные корректировки.
Кроме того, для вестибюля обсуждаются пространственные композиции из стекла — театральные костюмы. Уже есть образцы, и теперь задача состоит в том, чтобы превратить их в крупные объекты, которые будут восприниматься с разных сторон.
Мне как раз интересно, когда опыт предыдущего объекта не просто повторяется на следующем, а развивается. Так технология растёт вместе с архитектурой.